Как Все Глупо (glupo) wrote,
Как Все Глупо
glupo

Categories:

марина мне сказала, что ей надоело

- Ну и что? - Марина уставилась в землю. Дура.
- Ну и то! Дура!
- Казззел!

Вот, вот, вот, вот оно - голова наливается кровью, гудит - слышно как гудит, - глаза слепнут, в горле горячо, в теле легкость, все вокруг становится каким-то белым и чистым, и прозрачным. То ли это не я уже, то ли наоборот - вот он я, настоящий. Мускулы стали продолжением костей, кости стали крепкими и мощными, мощными, мощными как сваи, и легкими, как бамбук. Кулак стал. Возникло движение руки, молниеносное, как в кино. Прикосновения костяшек пальцев к чужому черепу не чувствую, звука не слышу. Только знание есть - вот как все должно быть, вот так все правильно, все понятно. Именно так должны взлетать руки в поиске опоры, так должна откидываться голова, и тело, тело - именно так должно падать тело, стремительно и беззащитно. Затылком о землю.

И надо, чтобы потом стало совсем тихо.

Марина лежит на земле, навзничь, совершенно белая, с закрытыми глазами. Рот приоткрыт. По неестественно частому, еле заметному движению груди можно догадаться, что она не просто прилегла отдохнуть. Но и мертвой ее, слава Богу, не назовешь, благодаря тому же дыханию. Пахнет осенним лесом, потому что мы в осеннем лесу. Уродливые голые деревья, прелая листва под ногами, сырость и серость. Что мы здесь делаем? Я не помню. Кажется, я уговорил Марину на эту поездку. Да, да. Я уговорил. Дура. Господи, какая дура, какая, блядь, сука. "Ну и чтоооо!" Какая ... ты ж...

Я сажусь на поваленную осину, на которой только что сидела Марина, расшнуровываю ботинок, стаскиваю его с себя, снимаю носок. В голове все еще светло, как после Церкви.

Подхожу к телу. Тело дышит, но в сознание не приходит. Я хватаюсь за тоненькую ветку, отряхиваю лесной сор с голой ступни и ставлю ее на теплую маринину шею, просунув под подбородок. Мягкая, нежная. Белая. Нажимаю. Несильно. Тело не реагирует. Нажимаю сильнее. Ставлю ступню на лицо, поворачиваю Маринину голову на бок. Без сознания. Сознания нет. Ничего не чувствует. Я слегка приподнимаю голову носком ноги и отпускаю. Тяжело и беззвучно она падает на листву.

Я быстро, путаясь в пуговицах, расстегиваю джинсы. Марина тоже в джинсах, в водолазке под желтой лыжной курткой. Ее неподвижность, бледность и поддатливость ... поддатливость... Она лежит передо мной вся, как ... Я могу... Никого вокруг...

Я стягиваю вниз джинсы, трусы; член торчит вперед, как закрытый шлагбаум. Постой, паравоз, не стучите, колеса. Бросаюсь на тело, накрываю его голову своим пахом. Горячо и холодно одновременно. Начинает капать мелкий дождик. Прямо перед моим лицом - полусгнивший червивый гриб. Как он называется? Рыжик, лисичка? Никогда не мог разобраться с грибными названиями. Запах леса будоражит, я вжимаюсь в мягкую подстилку из сыроватых листьев, сгребаю их под себя. Мой раскаленный член впитывает холод Марининого лица, гладит его, исследует, требовательно тычется в закрытые глаза, брови, щеки, ноздри... Мой таз вдавливает Маринину голову в землю, мои яйца елозят по ее подбородку и губам. Шлагбаум уже поднят. Наш паровоз вперед лети! В коммуне остановка! Иного нет у нас пути!

В руках у меня член. Я наощупь разжимаю Марине рот, оттягиваю вниз ее подбородок и сую. Мешает язык. Вырвать вырвать сука грешный твой язык ну да хуй с тобой. Лезу указательным пальцем, поправляю, чтобы не мешал. Член скользит по небу, упирается в гортань, проскакивает дальше... Тихо. Как тихо в осеннем лесу! Слышу только свое дыхание и ритмичные звуки ударов паха о Маринино лицо.

Снять с нее джинсы оказалось непросто. Может плюнуть? Но надо уже кончить, надо, надо же кончить. Я тебя сука отъебу сейчас во все дыры. Бля. Ну и что. Щас тебе будет "ну и что". Красивые трусики на красивой жопе. Джинсы спущены до колен. Желтая куртка. Перевернул на живот, раздвинул ягодицы, плюнул на анус. Не попал. Плюнул еще. Не попал.

Слюна кончилась.

Стало невыносимо грустно. Маленькая-маленькая птичка пролетела над деревьями. Голые унылые ветки. Холодно. Белая Маринина попка, гладкая, без изъянов, и мой опадающий член рядом. Сильно шлепнул ее. Еще. Еще. Еще. Марина икнула и дернулась. Член мгновенно воспрял. Я бросился на нее и стал судорожно пихать член между мягких, прохладных ягодиц. Марина дернулась и громко вздохнула. Член, железобетонный, опутанный арматурой вен, вошел в ее жопу сразу наполовину. Марина закричала. Я втиснул член дальше и кончил. Сильно ударил кулаком куда-то в лицо. Марина закричала громче. Я зажал ей рот двумя ладонями. Она дергалась и мычала. Последние струи вливались в Марину.

Наконец где-то сзади громко хрустнула ветка.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments